Виктор Добронравов (2)

— В соцсетях сейчас как раз много образовывается групп, которые помогают друг другу. Например, «Брат за сестру» — это когда молодой человек провожает до дома поздно вечером или ночью совершенно незнакомую девушку. Без всяких там ухаживаний.

— Я вообще асоциальный человек. Меня нет нигде — ни в Фейсбуке, ни ВКонтакте.

— Почему?

— Не могу… Это мой протест.

— Против чего?

— Против ненастоящего общения. Я прекрасно осознаю и понимаю все плюсы, которые несет с собой интернет-коммуникация, например. Но люди часто забывают о прямом назначении социальных сетей, и происходит подмена. У меня много таких примеров, я наблюдал. А я хочу с людьми общаться по-настоящему, их видеть, с ними встречаться, а вот эта зараза (какая-то болезнь, мания), эти соцсети — как болото, которое затягивает. Я не хочу.

— А ты был там? Может, тебя обидели? То есть затроллили?

— Я когда-то был в «Одноклассниках» и понял, что начинается всякая фигня: «А чего ты меня в друзья не записал? Зазнался? Чего ты не отвечаешь на письмо?..» А у меня правда нет времени. Люди же начинают всерьез обижаться, выдвигать требования. Да идите вы куда подальше! Дружить непросто на самом деле. А когда «привет, чего ты делаешь?» и фотографии еды выкладывают — это ужасно.

Допустим, я был в Нью-Йорке. Мне в ресторане принесли огромный салат — и, конечно, хочется со всеми поделиться, и ты начинаешь думать: «Как классно, чтобы все увидели». Но ты никогда не придешь и не созвонишься с другом, и не встретишься с ним в кафе, чтобы рассказать, какой классный был салат. Ты покажешь ему фотографии — думаешь, что вы общаетесь. Нет! Ты уже рассказал тысячам.

— Значит, не выносишь формальности в отношениях?

— Да, хотелось бы. Это как в музыке: фальшь — она сразу бьет по ушам.

 

— Это правда, Витя, что ты из-за театральных ролей отказывался от съемок?

— Да, конечно.

— Кому же ты принес в жертву кино — Онегину ли («Евгений Онегин») или Яго («Отелло»)?

— Я не хочу, чтобы это показалось бравадой, но отказываюсь десятками. «Але, это Первый канал. У нас 16 серий с августа по ноябрь…» — «До свидания!» — нет смысла даже вникать в глубину вопроса, если премьера в ноябре.

— Ты такой фанат театра?

— Да нет, всегда разрулить можно. У меня в ипотеке кредит, молодая семья — естественно, нужно зарабатывать. Бывают ситуации, когда приходишь к руководству и говоришь: Римас Владимирович, вот так и так. И если есть возможность, конечно, он отпускает, но я сам никогда не приду и не подставлю театр. Хотя, может быть, я просто еще не попадал в такую ситуацию. Если мне завтра позвонит Спилберг, тогда, наверное, надо будет говорить по-другому.

— Твой папа Федор — он отговаривал идти в артисты?

— Он меня не уговаривал. Он сам виноват, что так произошло. Мы с Ваней выросли в театре, постоянно в капустниках участвовали — эта зараза уже была в нас. Но он сказал: «Сынок, помогать не буду, ходить и просить не буду. Хлеб сложный». И это действительно так: чьим бы ты сыном ни был, но если ничего не можешь, то ничего и не получится.


::Предыдущая страница::::Следующая страница::

Также смотрите:
  • Болейте за свою команду с пользой
  • Реабилитационный центр наркозависимым
  • Керамзитовые блоки

  •